Расхожее мнение редко проходит серьезную проверку на прочность, а ведь мало проверок были столь серьезными, как та, которой мировая экономика подверглась за последние 24 месяца. Наступает здоровый период переоценки, выставляющий в новом свете представления «тучных лет» – например, о пользе непрозрачных рынков, священном статусе американского потребителя и целесообразности дерегулирования.

Тем не менее, одна общепринятая точка зрения практически не претерпела изменений: речь идет о мнении, что страны БРИК – Бразилия, Россия, Индия и Китай – в ближайшие годы будут все активнее задавать тон в экономической жизни. Концепция БРИК, впервые сформулированная в 2003 году в докладе Goldman Sachs, не так уж плоха: будучи верной на 75%, она даст фору большинству нынешних экономических прогнозов.
САМОЗВАНКА
75% получаются, потому что экономический кризис выявил в четверке стран самозванца. Сопоставьте демографические и экономические показатели БРИК, и вам станет до боли ясно, что, как говорилось в старой песенке из передачи «Улица Сезам», «одна из них отличается от других».

Слабость российской экономики, ее сильно закредитованных банков и корпораций, которую в последние годы скрывали доходы, полученные благодаря взлетевшим ценам на нефть и газ, предстала на всеобщее обозрение во время глобального экономического спада.

Россию с ее пришедшей в упадок промышленной инфраструктурой еще больше дискредитирует бессмысленная реваншистская политика и демографический спад.

Цены на сырье немного восстановились за прошедшие шесть месяцев, однако объем производства в российском энергетическом секторе в последние годы неуклонно снижается, отчасти из-за опасений иностранных инвесторов по поводу возможной экспроприации активов. Запасы российского Резервного фонда, играющие ключевую роль в поддержке экономики, которая становится все более централизованной, быстро тают. Если негативные тенденции сохранятся, Резервный фонд рано или поздно будет истощен.

БРИКЕТ ВМЕСТО БРИКА
Возвращение России с небес на землю привело к появлению своеобразной игры в среде академиков, специалистов по внешней политике и компетентных инвесторов, которые гадают, кто сменит страну в клубе ведущих государств с развивающейся экономикой. Предлагаются самые разные аббревиатуры, от вычурной BRICET (добавлены Восточная Европа и Турция) до BRICKETS (все вышеупомянутые плюс Южная Корея) и даже BRIMC, в состав которой входит Мексика.

Как видите, Россия присутствует во всех новых вариантах, несмотря на мрачные экономические перспективы. Но хотя страна сохраняет крупнейший в мире (пусть и устаревающий) ядерный арсенал и постоянное место с правом вето в Совбезе ООН, она слишком ослаблена болезнями, чтобы входить в группу четырех самых перспективных развивающихся экономик.

С точки зрения экономического потенциала и фундаментальных показателей, намного лучше складывается ситуация в Южной Корее – экономической державе, главную угрозу для которой представляет возможный крах режима зловещего северного близнеца, в результате которого страну наводнят голодные беженцы.

То же можно сказать и о позициях Турции с ее сильным банковским сектором, процветающим внутренним рынком, усиливающейся ролью в ближневосточной и энергетической политике, членством в НАТО, заявкой на членство в ЕС и связями с этнически близкими странами во всей Средней Азии.

Но, может быть, наиболее впечатляющей является ситуация в Индонезии – крупнейшем в мире мусульманском государстве с быстро растущим средним классом, относительно стабильной демократичной политикой и экономикой, которая оказалась одной из лучших в Азии, несмотря на глобальную рецессию. С точки зрения США, Индонезия является привлекательной альтернативой России, которая в последнее время соперничает с Венесуэлой за лидерство среди тех, кто с удовольствием спешит провозгласить «упадок Америки».

Кроме того, Индонезия оказалась устойчивой не только с экономической, но и с общегосударственной точки зрения. Несмотря на сложный этнический состав и разрозненность островной территории, страна сумела быстро отказаться от военной диктатуры и справиться с множеством трудностей, включая азиатский финансовый кризис 1997 года, цунами 2004 года, появление радикальных исламистских групп и внутренние беспорядки. Хотя уровень ВВП на душу населения в Индонезии остается низким, в экономических делах значение имеет потенциал страны, а тут Индонезия выглядит блестяще.

Индонезия меньше зависит от экспорта, чем другие азиатские страны (не говоря уже о России), а ее рынкам активов (в частности, древесины, пальмового масла и угля) удалось привлечь масштабные иностранные инвестиции. Правительство в Джакарте решительно борется с коррупцией и предпринимает шаги для преодоления структурных проблем. Благоприятно складывается и демографическая ситуация: Индонезия с 230 миллионами жителей уже стала четвертой страной в мире по численности населения, превосходя по этому показателю Россию, разница с которой равна населению всей Германии (свыше 80 миллионов).

ПОЛИТИКА ВМЕСТО ЭКОНОМИКИ
Но от красивых идей сложно отказаться, и Россия пытается превратить идею БРИК в неоспоримый и необратимый факт. Успехи в придании БРИК статуса де-факто глобальной организации были достигнуты в июне, когда лидеры четырех стран собрались (конечно же, в России) на первом «саммите БРИК».

На этой встрече США подверглись резкой критике, и все участники выразили желание лишить доллар статуса мировой резервной валюты. За несколько месяцев до этого, в преддверии апрельского саммита G20, «четверка» опубликовала совместное коммюнике, в котором выражала решимость изменить устройство глобальной экономической системы.

Если же говорить о частном секторе, индексные фонды БРИК растут, хотя Goldman Sachs, первым сделавший ставку на страны БРИК, уже подстраховался, введя в оборот новый термин – «Следующие 11», или N11. Эта группа включает Бангладеш, Египет, Индонезию, Иран, Мексику, Нигерию, Пакистан, Филиппины, Южную Корею, Турцию и Вьетнам, и эта группа (вместе с четырьмя странами БРИК), наверное, дает более логичное и оправданное представление о передовых развивающихся странах.

Россия относится к идее понижения своего ранга презрительно, а американские чиновники, похоже, решили держаться в стороне от семантических споров. И все же, никого не должно удивлять то, что именно Россия решительно настаивала на проведении саммита БРИК в Екатеринбурге и оплатила большую часть связанных с ним расходов.

Оригинал статьи
Нуриэль Рубини, глава RGE Monitor